Вырастая, многие замечают яркие цвета осени, а значит скоро начнется и кончится зима…
Красно-желтые дни могут по-особенному восприниматься наблюдающими за ландшафтами Северной Кореи и СССР. Инакомыслящих там помещали в желтые комнаты, может поэтому рождались у них такие произведения, как Транквилизатор, которые точно передавали красоту ландшафта.
Был ли в дорожной петле только один город? Или желтый дым закрывал своими выхлопными желтыми облаками всё небо? Если городу 2000 лет, то он уже больше, чем пятна крови на политических картах мира.
Каждый день рождения Деда мороза в этом городе отмечают дробью огней, которые стреляют в ночь и многим кажется, что звёздочку дал небесный пастух, поэтому они рассыпались на флагах, ёлочках и венцах зданий города как от салютов ночью. Ночь сильнее, потому что кровь всё снова и снова питает землю, на которой вырастает трава, а греет траву солнце, которое восходит и заходит и ничего не меняется, как не меняется вода, которая идет из крана. Рука порезана, бинта нет и уже даже луна — вся в крови.
Люди задают вопросы, но вместо тепла в ответ — зелень стекла. Люди начинают чувствовать себя стадом заблудившихся, а если есть стадо, то есть пастух. Логика должна вывести из дорожной петли, но не выводит и люди все снова задают вопросы. Потому что люди встречают на своем пути такие проблемы, как войны, эпидемии, снежные бури и даже черные дыры в космосе.
Дети задают вопросы своим родителям во время просмотра кино про войну.
Мамы посылают своих детей по стопам «как всех, просто будь осторожен», а некоторые дети возражают в ответ: «Сталь между пальцев, сжатый кулак. Удар выше кисти, терзающей плоть. Но вместо крови — в жилах застыл яд, медленный яд.» А разве не это мы видим? Ребенок говорит просто то, что он видит: «Разрушенный мир, разбитые лбы, разломанный надвое хлеб». Попробуй поспорь. Дети наивны и просто говорят то, что есть. Ребенок искренне не понимает реакции на все это вроде бы взрослых людей:
«Вот, кто-то плачет, а кто-то молчит. А кто-то так рад! Представляешь! С ума сойти, мама! И ты говоришь, что надо идти как все?»
«Сынок, ты там не философствуй… Горе от ума у меня какое-то… Со щитом или на щите… Главное возвращайся поскорее…»